Просто скажи мне — да (стихи) Мария Подалевич Лирика, стихи о любви и жизни. Здесь я собрала стихи разных лет. Мария Подалевич Просто скажи мне — да * * * Вся моя жизнь — в этой синей тетрадке — Вся моя радость и боль! Я так давно разгадала загадки — Пудом отмерила соль! Я так давно совершила ошибки — Те, где прощения нет. Только луна — белоснежной улиткой Дарит свой девственный свет. Вся моя жизнь — это сказка и повесть — Только на крыльях держись! Мчится по рельсам экспрессом мой поезд — В путь под названием — Жизнь! * * * Мне снился дождь — мне грезились стихи: Как ночью белой мы бежим по крышам. По облакам, что тают, так легки, И так пушисты, так они пушисты. Как мерно дождь выстукивает дробь, Как нежно ветер занавесь колышит. И мы опять, как в юности с тобой, От всех невзгод спешим на нашу крышу. Ты слышишь: чей-то голос нас зовет. То ангелы запели или птицы? Вот солнце над деревьями встает, А мы с тобою все сидим на крыше. Твоя любовь от страсти далека: Не вздрагиваешь, чуть шаги услышав. Но вот тебе товарища рука: Она всего нужней на мокрой крыше. * * * Не стоит пасьянсы раскладывать — Судьбу не изведать вперёд… Придёт пора — разгадывать Настанет и твой черёд… Таинственнее, чем пагоды — Качели судьбы вверх и вниз… Смотреть в глаза и разгадывать Мне тайну твою — всю жизнь… * * * Стихи не пишутся — когда всё гладко-чинно, Когда есть дом и рядом преданный мужчина, Он самый лучший — но стихам нет дела! И остаётся мой листочек — белым! * * * Ты мне приносишь, как трофеи — Кефир, сметану и творог! И я от радости немею — Ну как ты догадаться смог? Из ничего — устроить праздник! В ладони счастье принести! Мужей, наверно, много разных, Но вот такого не найти! Вот этот дар в тебе от Бога — Заботливо наш мир беречь! Тебя встречаю у порога — И нет счастливей наших встреч! * * * Все морщинки твои от усталости, От обид и нечаянных бед. Не хочу я писать о старости: Для меня ее вовсе нет. Ты глаза голубые поднимешь: Так наивны твои глаза. Высоко кресты, а над ними Голубая неба слеза. Далека нам жизни дорога. Верю — радость в ней будет всегда. Попроси прощенья у Бога, Да смирения на года. * * * Ты светишь отражённым светом. А я прошу тебя — свети! Да, может мне не стать поэтом, Но сколько света на пути! Ты любишь отражённым чувством, Страшишься сердце потерять. Да, может я не страж искусства, Но кто-то любит и меня. Моя душа к любви стремится, Да в высоту и чистоту. И, может я не стану птицей, Но сколько счастья на лету! * * * Стихи приходят тайно по ночам, Вновь разбудив меня в тревожном сне. И сразу разгорается свеча, И сразу ночь подругой станет мне. Среди обид, печалей и тревог — Заменят и подругу и врача. Не выбирая судеб и дорог. И вновь горит настольная свеча. Я не пишу стихи — на склоне дня — Неслышно приходя — они творят меня. * * * Он говорит — «Давай стихи забросим. Займись шитьём, и зиму переждём». А за окном простуженная осень Стучит в стекло размеренным дождём. Кружится снег, а к вечеру растает И снова Муза, на исходе дня Диктует строки, календарь листая, И нет важнее дела для меня. * * * Поговори со мною о любви. Поговори о том, что сердце стонет. Как мир поделен — на двоих Старинной рамою оконной. Поговори со мною о весне. Теплее станет — на душе и в доме. Плечо к плечу — прижмись тесней — Знакомый мне — и… незнакомый… * * * Просто август — а мне не до сна… Выйду к звёздам — одна — на крыльцо. В тучах снова танцует луна — Ворожа или пряча лицо… Просто август — знакомый сюжет! Так чего ж я сегодня грущу? Просто снова чего-то хочу — А чего — не найти мне ответ… * * * Когда утихает под вечер тревога и шум городской Я ставлю на полочку свечи — предвидя свиданье с душой! Спрошу — что сегодня успела? Узнаю — чем думы полны? С душой ли в гармонии тело? Спокойны ли добрые сны? Открою оконные шторы — впущу лунный свет в полутьму… И чей-то полуночный шорох вспугнёт и разбудит струну… * * * Облетает сирень. Зацветает шиповник, Что июнь нам подарит — он давний наш друг. Я сорву эту ветвь, положу в изголовник, Не замечу колючками раненых рук. Я сорву эту ветвь — и пусть чудо продлится, Осыпаясь, ложатся к ногам лепестки. Снова птица поёт — снова всё повторится. На сожжённый наш мост мы проложим мостки. * * * Заполонила огород сирень, Любимица весеннего базара. Её я усмиряю пятый день, Но мне не погасить её пожара. Горит, горит сиреневый костер, В листах пленённый лучик притаился. Врастают ветви в огненный простор, Вверх вознося соцветия и птицу. И только песня льётся в тишине, И только облако цветов клубится. Но так шаманит серенькая птица, Что тонкий ствол пилой не тронуть мне. * * * Четыре шага. Взмах руки. И поцелуй — прощальный жест. Но, умирая от тоски, Я прошепчу: «- Ты всё же есть…» Я знаю дрожь усталых губ. Я знаю сон усталых век. Ты мне казался нагл и груб… А оказалось — человек. Но ты уйдёшь. А за тобой Уйдёт надежда на любовь. А завтра парус голубой Под ветром заиграет вновь. Но ты — не Грэй. Я — не Ассоль. Вот в этом драмы нашей соль. * * * Рисуешь профиль на стекле — Мороз — скажи на милость, А мысли где-то вдалеке — Ушла и не простилась… Как душу болью обожгло — Не вынести разлуки… И о холодное стекло Ты остужаешь руки… * * * Не знал — кому примеривал фамилию свою. Ладонь бил по двери — кричал — на том стою! Из дома осторожненько я уношу тетрадь — Портрет жены художника нельзя с меня писать… * * * Помолчим на дорожку — немножко — Уезжаю не далеко… Я была осторожной, как кошка — Лапкой трогая молоко… * * * Отличается счастье от счастья? Ты в ладонь вдохновение лови. Муки нашего творчества часто, Так похожи на муки любви. * * * Я пошла по тропе твоей — тенью — Я ловила каждое слово — Я ловила в ладонь мгновенья — Секунды или года… Я спросила — как вдохновенье? Ты ответил — не знаю такого — Я записывал каждое слово — Просто пишу — всегда… Но крыло твоё не коснётся Тихих послушных ресниц — У меня уже есть солнце — У меня уже есть жених… * * * Облетели последние листья И трава пожелтела вокруг. Воздух выпит — прозрачный и чистый… Только что приключилось так вдруг? Словно флейта запела нежно — Загудело в ветвях — у-ля-ля… И завьюжило громко и снежно. И укрылась снегами земля! * * * В холодное летнее утро, Когда занималась заря, Я вышла из дома, как будто, Позвали в дорогу моря. И шла босиком до причала, И пела о чём-то своём. Над пристанью чайка кричала — Мне слышалось имя твоё… * * * И надо бы проснуться, Но сладок этот плен. Нам в юность не вернуться — Там не было измен. Но хочется вернуться — Хотя б на полчаса. Услышать — как смеются Родные голоса. * * * Я могла бы стать стюардессой — И легко летать в облаках. Я могла бы спеть много песен — И купаться в южных цветах. Я была бы добрым психологом, Я была бы мудрым врачом… Я пишу стихи и морю себя голодом — У меня есть мужское плечо… * * * Снова осень пришла и выходит в дозор, Не сдаётся упрямое лето. Словно нехотя роща надевает убор Золотисто-багряного цвета. Бабье лето. Закончена нынче страда, И натружены руки немало. Почернела озимых хлебов борозда, И земля задремала устало. Догорает сентябрь. Пожелтели сады. Зеленеют лишь ели и сосны. И ракита склоняется возле воды, Вспоминая прошедшие весны. Посмотри же: как празднично после труда, Как награда за жаркое лето. Мы с тобой обещаем вернуться сюда — По весне — в буйство нового цвета. * * * Я мечтала летать белой птицей, Встроясь осенью в клин журавлей. Я могла бы в тебя влюбиться — Коль была бы чуть-чуть посмелей. Улетают от холода стаи — В край чудесный, где лето весь год. Я могла бы Снегуркой растаять, Прикоснувшись к тебе, словно лёд. Зачерпну вдохновенье из прошлого. Загляну на минутку туда, Где оставлено столько хорошего, И не властны грехи и года. * * * Но кто же я? Куда идти? Зачем живу? Порой не знаю. Расходятся мои пути. И я над городом летаю. Меня создали, позабыв Вложить амбиции и норов, И завещали защитить, И охранять любимый город. И завещали — охранять — Его традиции и силу. И ни на что не променять — Ни Петербурга, ни Россию. * * * В этом городе снова дождь — Заливает твои следы. Знаю там же меня ждешь, Только мне довольно воды… Не растает в душе снег, Не рассеется больше тьма, И по кругу — да и нет. И опять за окном зима. И опять за окном бело, И на сердце легла тень. Сколько снега нам намело — Не растает за целый день. Не растает в душе снег, И на сердце опять зима. И моё прощальное — нет — Я сказала сейчас сама… * * * Зима прошла до поворота, Дороги все запороша. Душа опять зовет кого-то… На то она ведь и душа. Покой ей только ночью снится, Как лунный путь во тьме небес. Но стерты прежние границы, И строго накренился лес. Зима царит в своих владеньях, Ни снега не щадя, ни сил — Душе даруя вдохновенье. Ты не об этом ли просил? * * * О, эта магия стиха. О, эта Муза вдохновенья. Как сердца слышится биенье. Как к небу тянется рука. О, эта магия любви. Прикосновенье и дыханье. Потеря пульса и сознанья. И ликование в крови. О, это жизненная нить, Которая в руках у Бога. Для каждого своя дорога. И нам ее не изменить. * * * Послушайте — снова осень, И словно не было лета. Природа пощады просит, Ещё как леди одета. Но скоро, ты знаешь, скоро, Слетят золотые наряды. И будет на дереве ворон Пёрышки дёргать в засаде. И будет ветер глумиться, И будет дождик — неделю, И будут тоскливыми лица, И будут сырыми постели. А листья уже золотые, И дождик надолго зарядит. И осень — дожди косые — В прощальном своём параде. * * * Мне надо научиться жить и верить, Слова собрать в один живой комок. Как кошка лапкой тихо тронув двери, Войду — и сказка ступит на порог. И будет осень, и зима наступит. И Новый год подарит сто чудес. Я верю: Бабка-Ёжка в старой ступе Печали увезёт в дремучий лес. * * * Вымаливать любовь, как подаяние, Я не хочу — мне это не к лицу. Как близко нашей осени дыхание Подобралось к дощатому крыльцу. Шагну, под утро с кринкой, за ворота, И хрустнет под ногами первый лёд. Душа всё ищет, всё зовёт кого-то … Не ангела, ли белого зовёт… * * * Как хрупок мир души… Любое брошенное слово Его разрушить может… * * * Лепестками сакуры Опадает время на землю Нежность и вечность сочетая вместе. * * * Стихи — моя душа без кожи. Душа до дна обнажена. Все создано до нас и все же, Болит, вибрирует струна. Поэзия — как кровь из вены: То хлынет, то опять замрет. Поэзия — душа вселенной. Душа, которая поет. * * * Прикосновенье рук, объятье, Короткий вздох и взгляд в упор. И шелест шёлкового платья. Безмолвный вышел разговор. Прикосновенье пальцев жарких, И поцелуй — слегка в висок. Но до сих пор в аллеях парка — Твой светлый вьётся волосок. * * * Ты сошёл — как с картины РембрАндта, И подкрался ко мне не спеша… Чуть касаясь атласного банта — Улетала в нирвану душа… Ты подкрался ко мне — и, робея, Заглянул откровенно — в глаза… В зеркалах отразилась камея… И скатилась на мрамор слеза… * * * Этот день, этот сказочный день. Этот день закружил нас метелью. Не звенела, как прежде капель. Нам зима тихой пела свирелью. И гремел полнозвучный орган, И ввергал меня в бездну — пучину. И летела я в бездну одна, За единственного мужчину. Вот и всё. Утонула звезда — В небе ясном безоблачном чистом. И хотя бы осталась хоть искра. Но сквозь пальцы стекала вода. * * * А помнишь день — и это не впервой, Когда в небесной сини прозвучало: То самое, то вечное — «Я твой». Но это было самое начало. Текла вода сквозь пальцы, как песок. Пространству ветра даровали крылья. И ты, устав, по ветру, от бессилья, Тащился по земле наискосок. А помнишь: звон? Он раздавался там, Откуда эти краски, крылья, перья. И лук тугой ломался от доверья, Внимая неподвластным голосам. Он закреплялся в памяти, он рос, Он устремлялся в синеву внезапно. Ты вдруг подумал: «Что же будет завтра?» Единственный не пройденный вопрос. Но дождь прошел. И воздух пахнет летом, И затихает грома бас вдали. И вдруг тебе покажется все это — Не странностью, а данностью земли. Оглянешься, а жизни нет куска, Он прожит как сомнамбулой спросонья. И схватит горло прелая тоска, И пустота как ворон клювом тронет. Вот ты один, как будто в забытьи, Кругом, серее серых, только стены. Гадать легко, возникнув в новом дне — Перешагнуть лиловые ступени. * * * Тихо, задумчиво ёлочки дремлют, Падает с неба снежок, Ласково, бережно сыплет на землю Зимушка пуха мешок. Ветер всё гонит поземку куда-то, Скрипнет морозный сучок. Ежик уснул, спят в тепле медвежата, Мамки, тревожа бочок. Лес засыпает с небес белым хмелем, Лес засыпает в метель. И сторожат его старые ели, Лапой укутав детей. * * * Оборву нитку прошлого бережно — И заброшу её в тихий пруд. И уйду зеленеющим бережком, Чтоб тебя и себя обмануть. Я расправлю помятые крылышки, Выше самого солнца взлечу. Любо — нелюбо. Если и было что — Вспоминать о былом не хочу. Только солнце, нещадно палящее, Не жалеет наивных пичуг. И сгорю я звездой восходящею — Лишь по воле минутных причуд. Опущусь с неба крохотным пёрышком, На ладони твоей помещусь. Не поймёшь: отчего оно дорого, Но пленит тебя давняя грусть. Больше мы не расстанемся — бережно Сохранишь ты остаток любви. И осенним желтеющим бережком Ты придешь к заозёрной мели… * * * Мне голос был. Тишайшим послесловьем, Прообразом стиха и пост-стихом. Он звуком лиры бился в изголовье, И розы облетая лепестком, Ложился на пол. Вдруг нога босая Ступать боялась на исчадье зла, И линия дождя, всегда косая Спрямилась и солгали зеркала. А голос звал легко, но безутешно, А голос звал, он долго звал, охрип, Но что-то в тон ему забилось нежно Теперь, когда потушен этот крик. А голос звал. Своим тишайшим словом, То громко звал. То снова шепотком. И я к нему бежать была готова По стеклам и по снегу босиком… Затихло, занеможилось, стемнело. И я, казалось, тоже — онемела. * * * Нет слова безнадежней «никогда». Страшнее нет ни слова во вселенной. И суть его останется нетленной, Как синяя холодная звезда. И слово между нами пролегло, Как будто боль рожденная однажды, Как стон неумолимой терпкой жажды, Как синее холодное стекло. * * * Я слышу тебя: через годы и будни. Я слышу тебя: через толпы и стены. Я слышу тебя: как кусочек вселенной. Как слышат, к погоде, боль старые люди. Как корку, ломает меня, вновь дилемма. Как кости заломит болячка, вдруг наспех. Горячею болью, печалью нетленной, Разлукой щемящей воздвигнется насыпь. Прорубит лёд память. И в воду забвенья Скачусь я, бесправно, — на вечную муку. Останется после звук стихотворенья, Да ухо вселенной, что преданно звуку. * * * Задумчивый ветер седыми крылами Коснулся деревьев осенней порой. Прилёг на замшелый стареющий камень, Поднялся и скрылся за синей горой. А ветви деревьев, слезинки роняя, Махали листами на ветках пустых. И камень, о чём-то былом вспоминая, Вздохнул, шевельнулся и снова затих. * * * Синий сумрак бредёт по аллеям, В голых ветках запутался снег. И, нисколько себя не жалея, В ночь уходит один человек. Не догонит его, не окликнет, И не бросится птицей вослед; Головою к плечу не приникнет Та, что в жизни: и темень, и свет, И спасенье, и стон, и звезда, И печаль, и проклятья печать. А дорога ведёт в никуда, Та, которую просто начать. * * * Осторожно, тайно ты мне снишься, Чтоб тебя из снов не прогнала. Ну конечно — лучше же синица, Чем зовущий оклик журавля. Только мне милее тот журавлик, Что зовет, зовет за облака. Я его стихом негромким славлю, Хоть еще не видела пока. Понапрасну душу ты тревожишь, Проклиная встречу день за днем. Если приземлить меня не сможешь — Стань небесным белым журавлём. * * * Не торопись ко мне — пока Ты не поймешь, что я — дороже. Пускай пройдут года — века: Ты без меня уже не сможешь. Не торопись — пока в ночи Чужое имя может сниться. И одиночеством свечи Не торопись ты поступиться. И, только, если в летний зной Тепло припомнится ладони, Тогда беги, спеши за мной. И наводи порядок в доме… * * * Я ушла, босая, из дома. Я брела по улице снежной, Не встречая лиц незнакомых, Не встречая взглядов мятежных. А метель за мною кружила, А метель смеялась и пела, И рукой своей возложила Снег на плечи давящий тело. И лежал тот снег, упрекая, Что в ночной завывающей мгле — Не нужна я вовсе такая Никому на этой Земле. * * * Закрыть забытую страницу. И сжечь стихи. И отпустить печаль как птицу. Вздохнув — лети. Но строчки — вот они — живучи. Парят и ждут. Когда, отчаясь, позову их: — Я здесь. Я тут. И прилетят страницы — птицы. Совьют гнездо. И сон слетает на ресницы В мой тихий дом. * * * Город — осень-плаксу встречает, Провожая в путь клин журавлей! Петропавловский шпиль венчает Золотую главу у церквей! Тополя застыли на страже, Пушка выстрелит в полдень раз! Указующий перст накажет Сохранить всё, что было до нас! Ну зачем нам «хай-тек» в новостройке? Что за радость оставим векам? А новаторство — пусть лучше в строки Забредёт — и останется там! * * * Петербург, я тобою болею, В красоту я твою влюблена. Бело-синей прекрасной лилеей Монастырская церковь видна. Там за скромной чугунной оградой Барельефы уносят нас ввысь, И роскошной барочной отрадой Пятиглавия вознеслись. На рождественский пряник похоже, Задевают кресты облака, Чтобы каждый случайный прохожий К красоте прикоснулся — слегка. * * * Небоскреб на берегу Невы: То ли кукуруза, то ли свечка. Неужели вырастет — увы. Где тот страж, что охраняет вечность? Разделилась надвое элита: Кто-то против, кто-то очень за. Красота забыта и забита. Как смотреть грядущему в глаза? Небо оцарапав небоскребом, Будут вверх амбиции расти. Можно город наспех перестроить, Только как потом его спасти? * * * Петродворец, стволы чернеют: Их снег засыпал до бровей. Ступени белые немеют. От холодов, от снегирей Зима: фонтаны занесены, Укрыты статуи — зима. Иду легко и окрылено — Куда — не знаю и сама. Иду к воде, а здесь по снегу Цепочкой тянутся следы. И надо мною чаша неба — Как синь проснувшейся воды. * * * Снова сгущаются тени И наползает ночь. Контуры редких растений Вновь убегают прочь. Так убегают тени От фар спешащих машин. Веток голых сплетенье Словно смятенье души. Вот за окном фонарик: Словно звезда зажглась. Как теребит и давит Слов неразгаданных вязь. * * * Когда ты сказал — я тебя не люблю — На душу спустилась мгла. Всё, что могла — всю душу мою, Всю жизнь я тебе отдала. Я резала волосы — вместо вен, Я драла ногтями лицо, Я не могла подняться с колен — Казалось — что это — всё! Я в анабиозе почти жила, Ужастики стала смотреть… И вот — пожалела, и поняла, И подошла ко мне Смерть… Она ледяною рукой — не сметь — Сердце сжала — на миг. Она не давала дышать и хрипеть, Не вырвался даже крик. Она наклонилась — последний жест — Готовая мне услужить: — Ну, ты готова? И твой ответ? — Нет, уходи… Буду жить… * * * Мальчик — с глазами цвета ночи, Ангел — с чёрными крыльями, Что судьба тебе пророчит — Веселье или всесилие? Мальчик с глазами полночной бездны, Пусть у тебя всё сложится. Пусть твой ангел-хранитель небесный — За душу твою тревожится. * * * За нежность от дождя, за колкость от снежинок — Я эту осень поблагодарю. Нет в осени тебя, и нет к тебе тропинок — Но до сих пор тебя боготворю… * * * Луна в поднебесье горит — Как будто всевидящий глаз… И ангел над нами парит — И смотрит с любовью на нас… * * * То ливни, то грозы — то выпадет град. И всё так не просто — и время назад. И всё так не просто… Дождливый июль… Васильевский остров… Любви поцелуй… Уже две недели — то дождь, то гроза… Ты помнишь — хотели сорвать тормоза! * * * Это просто дождь — на щеке моей… Знаю ты придёшь — в круговерти дней… Это просто дождь… На моей щеке… Знаю — ты поймёшь Символ на песке… Это просто дождь… В городе моём… Июльский дождь… * * * Стихи мне грезятся ночами. Они со мною рядом, тут. Сижу и плачу, со свечами: Когда же свет-то нам дадут? * * * Тонкие ветви сирени Робко стучатся в окно, Тихо сгущаются тени Над позабытым давно. Столбик термометра выше, Но не торопится в бой. Голубь танцует под крышей, Гулит, гордится собой. Почки набухли и снова Мне по ночам не до сна. В строки торопится слово Свежее, словно Весна. * * * Как мало надо для любви. Короткий взгляд. Слезинка. Мушка. И локон, убранный за ушко. И взгляд, что просит — позови. Как мало надо для мечты. Глаза закрыть. Рукой коснуться… И в одиночестве проснуться — И вот уже в капкане ты. Взлетай душа. Танцуй и пой. Лети к звезде тебя зовущей. Туда, где синева погуще, Где вьется ангел золотой. * * * Не вернуть назад юности весну. Восхищенный взгляд, звонкую струну. Где — то там, вдали, мамины глаза. Плыли корабли, и пришли назад. Не вернуть назад 20 прошлых лет. Но, хотя б на час, вспыхнет яркий свет. Снова озарит юности окно. Вспомнится мотив, что забыт давно. * * * Поймала музыку стиха — в ладонь. Как будто сердце впопыхах — в огонь. Поймала музыку из слов, из строф и рифм. Я снова слышу чей-то стон и чей-то крик. Пойми — я не могу молчать, среди тревог. Нам всем придётся отвечать — в конце дорог. * * * Снова дожди за окном. Холодно мне в сентябре. Листья — опять в золотом, Мысли — опять в серебре. Снова поймала строку — Снова раскрою блокнот Ворон сидит на сукУ — Несколько низких нот. * * * Цветы прорастают сквозь камни. И северный край расцветает, Укутанный шалью — веками… * * * Не пишется, не строится строка, И мысли унеслись — куда-то вдаль. А у меня великая тоска — Вселенская тоска — моя печаль. Мои кумиры: Анна и Марина, Вы подарили мне бумагу и перо. Но я была наивна и невинна. Писала жизнь свою — на ощупь — начерно. А жизнь прошла уже до половины, И я смотрю ей с сожаленьем вслед. Мои богини: Анна и Марина, О, научите весело стареть. * * * Мучительница ветреная Муза Слова теряет — хрустом в камышах. Что выйдет из подобного союза, Когда от боли корчится душа? И что не создала, уйдёт как сон, Уйдёт и не оставит слабый след. А память будто вторит в унисон: Здесь слова нет… Здесь строчки нет… Страницы нет… * * * Тополь зацветает, тополь зацветает. На руке снежинка тёплая, не тает. Тополь зацветает. Май шумит в разгаре. И весна листает новый календарик. * * * Видишь: скворушка летит — у него дела, И его не беспокоят грехи. Я сегодня новый сборник начала, Но зачем — кому нужны мои стихи? Вот наш скворушка весной отоваривается: Ветка к веточке — сложить вот и келия. А стихи не говорят — проговариваются. Всё о чем промолчать так хотела я. * * * Осень-осень. Что ты даришь? Дождик слякоть и простуду? Ты поманишь и обманешь, я дружить с тобой не буду. Осень — давняя подруга, мне грустить нет силы больше. Я хочу остаться в круге чуть подольше, чуть подольше. Осень- осень, наказанье и награда будет дальше. Осень, ты — моё признанье и ни слова больше фальши. Осень — снова бабье лето — мы ещё не отгрустили. Снова старые сюжеты — слово жжёт высоким стилем. * * * В августе падают звёзды — Яблоком в нашем саду… Может признания поздны — Той же тропою иду… Дни словно дивная сказка — Только купаться нельзя… Ну — закрывай свои глазки — Видишь — упала звезда… * * * Звёзды и яблоки стонут: Тяжко висеть в пустоте. Словно полночные звоны Вновь расцветут на кусте. Звёздам и яблокам снится Гордая дня синева, Белые, жёлтые птицы, Словно цветы и слова. Звездам и яблокам падать Не долететь до земли. Я же просила: не надо Слов говорить о любви. * * * Не читаешь мои стихи — только мне уже всё равно! Вечера как тогда — тихи — я смотрю на луну в окно! Нет, она не мешает спать — просто сон от меня сбежал — Я сажусь — за стихи — писать — передумывая финал… * * * Прошлое это экзамен — это где ты и я… Прошлое — где глазами смотрят моими друзья… Прошлое не обманет — и не собьёт с пути… Прошлое — как экзамен — нам бы его пройти… * * * Мудрее быть Дедалом, это верно. И жизнь сохранна и душа в тепле. Разумно, ненавязчиво, примерно Кружат дедалы в предрассветной мгле… Но… рассекая мглу на миг крылами, Икар взметнётся. В синей вышине Появится рассвета гордый пламень, Разбуженного тем, кого уж нет… * * * На часах уже моих — время Закусило удила — в стремя. Я пойду — пособирать звёзды — Чтобы не было опять поздно * * * Поменяю пароли — сменю адреса — Всё равно я писать буду только о Нём… Я люблю эту Землю, люблю голоса, Что диктуют мне строки — и ночью, и днём… * * * Вечер длинный, вечер хмурый. На столе горит свеча. Я сижу за партитурой: То в слезах, то хохоча. Не дается мне музыка — Улетела Муза прочь. Лишь Орфей за Эвридикой Надо мной летал всю ночь. Нота к ноте знак диеза — Слово к слову — точки в ряд. Подбираю антитезу. Сочиняю все подряд. * * * Мы бережём своих мужчин, От лжи, предательства и боли, От преждевременных морщин, От пьяных пагубных застолий Мы бережём мужчин всегда Страдая тоже на бегу, Но наша женская судьба — Мужчины жён не берегут… * * * Я училась летать — поднимаясь к высотам, Я училась мечтать — предвкушая полёты. Я бежала к мечте — через боль, через силу — Только быть, иль не быть — ничего не страшило. Я училась мечтать — поднимаясь к высотам, Я училась летать — предвкушая полёты… * * * Вот и осень подкралась тайком. Незаметно и осторожно. Поутру повело холодком. На душе всё так просто и сложно. Здравствуй, осень — редеют леса. Здравствуй, осень — я тоже смирилась. Только жаль — побелела коса. Да и зеркало, жаль, запылилось… * * * А сверху кто-то посохом грозится. И сердится раскатистым баском, Взмахнула серым опереньем птица И полетела в свой уютный дом. И вот уже дождинками по лужам Сбегают водопадики из туч. И ветер лист поднял и бьёт, и кружит. И из-за тучи не пробьётся луч. И это первый день, что по рожденью Прожить на этом свете мне дано. А может это просто возрожденье, Что озаряет бликами окно? * * * Дороги вдоль моей свечи Длинны как жизнь сама. А света нет — хоть ночь кричи, А за окном — зима. * * * Солнце летит во вселенной Только вперёд и вперёд. Кто там — о смерти и тлене — Он ничего не поймёт. Жизнь — это бег по спирали — Нет нам дороги назад. А впереди — только дали И только Рай — но не Ад! * * * Ближний круг моей души — Близкие родные люди — Те, кто помнит, те, кто любит, Утешает — не спеши! Нужно крепкое плечо, Чтобы в горе опереться, Чтоб своё доверить сердце, Для души — чего ещё? * * * Собираю строчки по крупицам Сортирую — те или не те! Я сегодня серенькая птица, Что теряет крылья в пустоте! * * * Ничем не осквернённая, Ничем не замутнённая Высокая небесная Поэзия — любовь… * * * Не надо мне слов величальных — Мы так помолчим в тиши — Лишь музыки отзвук дальний, Лишь голос в далёкой глуши, Лишь тот огонёк болотный, Что манит в ночи меня. Душа потеряла чего-то И ищет до нового дня! * * * Даже у самого края — Преданность делу храня — Я стихи не выбираю — Они выбирают меня! * * * Предзимье — осени покой — успокоенье от забот. Как передышка, как застой, в каналах, где вода течёт. Предзимье — это сделать вздох — во тьму шагнуть за поворот. Душа от зноя устаёт и ожидает Новый год! Предзимье — это слабый ток — страшнее предвесенья ход — Крушит, ломает ледоход мне снова душу каждый год! * * * Срываются с неба звёзды Кто знает — что там впереди? Пока ещё не поздно — Друзей позабытых найди! Пока ещё все вы живы — Пока ещё нет потерь! Души поддержи порывы — Найди — прости — поверь! * * * Луч возьму от весеннего солнца, От ручья — прозрачность воды, Погружаюсь на дно колодца Из ошибок своей судьбы. Лебедою порос пригорок, Подорожник растёт вдоль дорог. Деревянный домик мне дорог, Обветшалый дорог порог. Зацеплюсь строкой за рябину, И за яблоню в нашем саду. Никогда я его не покину, Никогда никуда не уйду. А когда жизни путь прервётся, И останутся только следы — Закопайте меня у колодца — Всё равно там же нету воды… * * * Просто скажи мне — да… Просто сожми ладонь… Бьётся в душе огонь… Светит в ночи звезда…